В преддверии 81-й годовщины Великой Отечественной войны мы вспоминаем не только известные фронтовые подвиги людей, отдавших свои жизни за Отчизну, но и вновь обнаруженную тихую летопись – ту, что хранится в тайниках музейных, библиотечных, архивных фондов. Десятки уникальных документов ждут своего часа. Акты, описи, письма, докладные записки и прочее. Многие из них никогда не публиковались и не вводились в научный оборот. Так, в ходе плановой работы с научно-вспомогательным фондом Бахчисарайского музея-заповедника обнаружен «говорящий» документ, датированный 22 июля 1944 года.
По факту – это сухой деловой акт осмотра и фиксации памятников архитектуры Бахчисарая и его окрестностей. Составлен членами экспедиции Отдела охраны памятников Управления по делам архитектуры при СНК РСФСР – А.Н. Припусковым, И.А. Абрамовым, Б.И. Аверинцевым в присутствии директора Бахчисарайского дворца-музея М.Г. Кустовой и директора музея «пещерных городов» Е.А. Дубинской.
Пожелтевшие от времени листы, исписаны успевшими потускнеть синими чернилами, слегка примяты… При беглом осмотре — рядовая опись. Но за каждой строчкой явилась живая история первых месяцев после освобождения Крыма от немецкой оккупации. Ханский дворец в целом уцелел, но отсутствие ремонтов за годы войны привело к тому, что все выявленные раннее дефекты усугубились. Требовались неотложные меры по их устранению. В акте указано, что Ханская (соборная) мечеть, служебно-библиотечный корпус и Гарем были заняты под госпиталь. Размещение раненных в помещениях музея – это вынужденная мера, однако перегруженные койками балконы и провисшие перекрытия могли стать причиной дополнительных разрушений.
Дюрбе (мавзолей) Диляры Бикеч. В годы ВОВ в мавзолее размещена прачечная госпиталя. В акте члены комиссии отмечали: «Здание сыреет, штукатурка обваливается и т.д. Такое использование здания грозит его полным разрушением».
Относительно Бань «Сары Гузель», XVI в. известно, что они, будучи отреставрированными ранее Академией наук (1935 г.), лежали в руинах: «Все деревянные части выломаны и содраны немецкими и румынскими частями. Сильно повреждены стены, фонтаны, полы и отопительная система».
Эски дюрбе (Старинный мавзолей), на ул. Шеэр Устю (ул. Шмидта), еще до войны получивший статус музейного объекта, пострадал от варварского изъятия деревянных «сейсмических связей» и также грозил осыпаться в любое время.
Акт 1944 г. – это не просто перечень бед. Он фиксирует момент, когда советское государство только начинало подсчитывать урон, нанесенный культурному наследию и свидетельствует об оборотной стороне войны. По жестокой необходимости памятники продолжали использовать не по назначению (госпитали, прачечные) и после освобождения Бахчисарая. В этой связи, озвученный акт, а по сути протокол осмотра места происшествия, звучит особенно значимо.
Документ ранее не публиковался. Он сохранился в единственном экземпляре, и только сейчас, благодаря его изучению мы можем рассказать эту историю заинтересованной аудитории. Подобные находки – как окно в прошлое. Они напоминают, что любой памятник ранит не только война, но и «мирные» перегрузки. Акт 22 июля 1944 г. уже включен в план перевода из научно-вспомогательного в основной фонд Бахчисарайского музея-заповедника. Вскоре он будет доступен для изучения и возможно, станет достойным дополнением тематических выставок. А пока приглашаем всех, кому небезразлична подлинная история Бахчисарайского дворца, прикоснуться к этим строкам – честным и трагичным.
Чубукчиева Л., зам. генерального директора ГБУ РК БИКАМЗ
